Cекьюритизация ипотечных кредитов в России и мире

Рынок секьюритизации

Рынок секьюритизации в РФ появился в 2004 году. Первую сделку провели по инициативе ОАО «Газпром». Выпущенные ценные бумаги подтверждали права на обязательства по будущим экспортным поступлениям голубого топлива. Сумма сделки составила 1,25 млрд долларов. В 2005 году на рынке России зафиксированы еще 2 сделки по секьюритизации. В 2006 году таких сделок было уже 8 и так далее. На текущий момент секьюритизация в РФ развивается достаточно активно. Рефинансирование розничных кредитов – один из наиболее распространенных продуктов. Услуга существенно облегчает жизнь заемщикам и кредиторам.


Чтобы сделать ресурсную базу более доступной, российские банки проводят сделки секьюритизации. Речь идет о финансовых учреждениях с рейтингом В или ВВ. При этом по старшим траншам к получению предполагаются рейтинги от ВВВ+ или выше. Такие условия обеспечивают прямую экономическую выгоду от секьюритизации. Слишком высокие транзакционные издержки и небольшие объемы по сделкам секьюритизации в РФ существенно снижают чистый экономический эффект от проведенных операций.

Ипотечные ценные бумаги и секьюритизация

Автор: Виктор Зверев, к. э. н., консультант АУВЕР
Источник: Журнал “Ценные бумаги” №12-2010
Опубликовано: 9 декабря 2010

Секьюритизация – это добро или зло, вот в чём вопрос?

Финансовый кризис, поколебавший в августе 2008 г. финансовые рынки мира, возник в большей степени из-за выпуска большого количества ипотечных облигаций. Инвестиционные банки путём секьюритизации превращали многие пакеты сомнительных кредитов, в том числе ипотечных, в облигации и тем самым перекладывали долги и соответственно риски ипотечных клиентов на инвесторов, которые покупали облигации таких банков. Как показал финансовый кризис одной из форм обмана на фондовом рынке было искажение информации о рисках. Одним из рисков о котором инвесторов недостаточно информировали явилась секьюритизация[1].

Рейтинговые же агентства, без зазрения совести присваивавшие этим бумагам наивысшие кредитные рейтинги и тем самым вводя в заблуждение инвесторов.

Эксперты считают, что в последнем финансовом кризисе во много виноваты американские ипотечные компании Fannie Mae и Freddie Mac, которые выпускали ипотечные облигации под гарантии правительства США (это около 40% американского рынка ипотечного кредитования жилищного сектора).

После начала кризиса в сентябре 2008 г. Freddie Mac и другой флагман ипотечного рынка США, Fannie Mae, были переведены под управление государства из-за опасений, что банкротство крупнейших в стране ипотечных агентств вызовет сильные волнения на внутреннем и зарубежном финансовых рынках.

Fannie Mae и Freddie Mac владеют или предоставляют гарантии примерно по 50% всех ипотечных кредитов в США (31 миллион) общей суммой 5 триллионов долларов. Они покупают кредиты у финансовых организаций и продают их инвесторам в виде облигаций с гарантией от дефолта.

В период до кризиса кредиторы, выдававшие субстандартную ипотеку (subprime), по большей части не держали её в своём портфеле. Вместо этого они продавали кредиты инвесторам, в некоторых случаях понимая, что риск будущих убытков больше, чем себе представляют покупатели этих ссуд. Например, компания Goldman Sachs и другие американские компании, продавая ценные бумаги, обеспеченные ипотечными кредитами, в то же время, играли на их понижение с расчетом заработать прибыль. Комиссия по ценным бумагам США (SEC) обвиняет Goldman Sachs в том, что она создавала и продавала инструменты, которые заведомо должны были обвалиться, и играла на их понижение с расчётом заработать прибыль только для важного клиента. Практика игры на понижение ипотечных облигаций использовалась также некоторыми американскими банками в интересах хедж-фондов.

До 2000 г. американские банки (да и некоторые российские), выдавая кредит заёмщику держали его «на балансе» до полного погашения. Но после 2000 г. ситуация изменилась. Банки и ипотечные компании стали увеличивать количество выдаваемых кредитов в основном за счёт того, что снижали требования к заёмщикам кредитов не учитывая реальной платёжеспособности заёмщиков. Затем, накопив в своем портфеле большое количество кредитов, они стали, используя схемы секьюритизации, активно продавать займы инвестиционным банкам, которые, в свою очередь, переуступали их в виде облигаций, обеспеченных долговыми обязательствами (CDO – collateralized debt obligation) крупным инвесторам – пенсионным фондам, хедж-фондам, центробанкам и т.п. При этом рейтинговым агентствам, которые присваивали таким облигациям кредитный рейтинг, платили выпускающие эти же облигации инвестиционные банки. Этим во многом объясняется и завышенное истинное качество таких бумаг.

Такие же секьюритизированные облигации выпускали и российские банки. Конечно, если сравнивать наш долговой рынок с западным, то он ещё очень молод, однако и наши банки до кризиса стали предлагать инвесторам сложноструктурированные продукты. Банкам пришлись по душе схемы секъюритизации ипотечных, а также потребительских кредитов. Российские банки поняли как эффективен этот финансовый инструмент при привлечения средств, и какие выгоды сулит он тем, кто не побоится пройти достаточно сложный процесс подготовки сделки по секьюритизации от начала до конца. На этом рынке успели попробовать поработать Росбанк, «Союз», банк «Русский Стандарт» и другие, которые выпустили облигации обеспеченных кредитными картами, автокредитами и потребительскими кредитами. А Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК) например, выкупало стандартные пулы закладных у региональных операторов в целях их секьюритизации.

Процесс создания ценных бумаг ипотечного покрытия происходит путём выпуска ипотечных облигаций с фиксированной датой погашения и долгосрочных облигаций с плавающей датой погашения. Но объёмы секьюритизационных сделок у российских банков были небольшие из-за маленьких объемов кредитных портфелей.

Как показывает зарубежная практика секьюритизационная сделка может быть «рентабельной» при объёме больше 200 млн. долларов. При меньшем размере дополнительные издержки на организацию сделок «съедают» всю выгоду от более низкой стоимости привлечённых средств». В этой ситуации банку выгоднее просто продать свой портфель более крупному игроку, который уже сможет провести секьюритизацию.

В России до кризиса такие банки как МДМ-Банк, Собинбанк, Альфа-Банк, Банк Москвы и др., уже были готовы начать секьюритизировать свои кредитные портфели. Но всему этом помешал ипотечный кризис в США, который спровоцировал настоящую волну отказов от секьюритизации как за рубежом, так и в России., Так, например, ВТБ-24 из-за невыгодных условий размещения ценных бумаг перенёс сроки размещения своих ценных бумаг, обеспеченных поступлениями по ипотечному портфелю на сумму не менее 500 млн. долларов. Рынок секьюритизации после кризиса практически замер. И особенно, как подчеркивают эксперты, нет спроса на ценные бумаги российских банков, которые ещё недавно пользовались на нём весьма высоким спросом.

Так для кого же рынок секьюритизации является злом, а для кого добром?

Секьюритизация для банков является добром, так как можно продать свой портфель кредитов и на вырученные деньги продолжить выдачу кредитов или использовать денежные средства для других целей. Если увеличивается количество кредитов в портфелях банков, то этот финансовый инструмент очень удобен для банков. Выпуск ценных бу­маг под кредиты позволяет перераспределить риски в экономике, но этот процесс также снижает стимулы банков следить за качеством кредитов. Ведь переложив риски на покупателей ипотечных ценных бумаг, банк больше не боится задержек платежей и банк­ротств заёмщиков. При этом банки заинтересованы в сокрытии истинного качества выданных кредитов. Хотя обыкновенно долговые обязательства, продаваемые инвестиционным банкам, должны представляет из себя смесь ипотечных кредитов разного качества – как кредиты, выданные надёжным заёмщикам, так и ненадёжным. Особенно актуально использование такого финансового инструмента для банков, которые специализируются на выдаче ипотечных и потребительских кредитов и автокредитовании.

Некоторые участники рынка считают секьюритизацию злом для инвесторов, т.к. банки выдают заёмщикам необеспеченные кредиты, а инвестиционный банк, выпустивший под эти кредиты облигации и продавший их инвесторам, не сможет получить затем с кредитных заёмщиков средства и не расплатится с инвесторами, купившими эти облигации. Выпуск ценных бумаг под залог сгруппированных по уровням риска кредитов, т. е. обезличенных, почти всеми признан корнем зла и главной причиной последнего финансового кризиса.

Такие заведомо провальные инвестиционные инструменты увеличили убытки банков, которые оказались проигравшей стороной в таких сделках. Эти потери ещё более обострили финансовый кризис, из-за которого обрушение пузыря на рынке превратилось в катастрофу в масштабах целой экономики. В то время как одни кли­енты играли на повышение, банки в пользу других играли на понижение. Такие нечестные игры, по мнению SEC, принес­ли некоторым банкам хорошие дивиденды, когда рынок недвижимости обва­лился.

Эксперты считают, что если бы существовало, например, независимое бюро защиты прав потребителей, то это позволило бы сдерживать механизмы хищнического кредитования.

Обще­ственный обвинительный приговор секьюритизации уже, по сути, вынесен, но не стоит переги­бать палку. Если в основу схем секьюритизации положены нормальные кредиты с качественным залогом, то такие схемы имеют право на существование.

Американцы, несмотря на кризис, не отказываются от идей секьюритизации. Именно механизм секьюритизации во всём мире активно используется для развития ипотечного кредитования. И хотя и считается , что ипотечный кризис произошёл по вине таких компаний как Freddie Mac и Fannie Mae, но как сообщает РИА новости государство увеличивает размер государственной поддержки для американских ипотечных агентств Freddie Mac и Fannie Mae к 2013 г. до 363 миллиардов долларов. Согласно данным агентства, данным компаниям уже было предоставлено 148 миллиардов долларов, чтобы остаться на плаву.

Проблемой для банков является несовершенство законодательства осекьюритизации, залоге и ипотеке.В России практически отсутствует законодательная база, позволившая бы активно использовать механизмы секьюритизации и на российском рынке. Несовершенство законодательства обусловило и отсутствие на рынке инвесторов, которые потенциально могли бы обеспечить очень высокий спрос на ценные бумаги российских банков. Нужно внести изменения в ряд законов: в закон об ипотечных ценных бумагах, т.к. чаще всего первыми её активами при секьюритизации обычно бывают именно ипотечные кредиты, в закон «О банкротстве кредитных организаций» для защиты владельцев ценных бумаг, права которых тем или иным образом связаны с исполнением обязательств по кредитам при банкротстве кредитной организации. Нужно также разработать единые для всех стандарты ипотечного кредитования. По мнению Ассоциации региональных банков России необходимы изменения в регистрации залога на движимое имущество. Сейчас существует только регистрация недвижимости, а движимое имущество может быть заёмщиком выведено, и банк лишится его.

Кроме того, необходимо законодательно решить вопрос о времени реализации залогового имущества, т.е. ускорить процесс реализации залога без судебного решения, если есть подписанный нотариальный договор. Процесс судебного разбирательства очень длительный, и банк не может до решения суда реализовать залог. Из-за этого банки устанавливают более высокие ставки по кредитам, закладывая, в том числе и риски длительного взыскания залога через арбитражные суды.

Также сейчас Минэкономразвития предлагает идею ускорения процесса реализации имущества за счёт электронных торгов. Сейчас покупатели очень плохо информированы о торгах, и это усложняет порядок реализации. На электронных торгах информация для покупателей будет реальной за счёт единого реестра, который передаётся на электронные торги. На электронных торгах процедура реализации имущества будет намного проще, и сроки реализации могут сократиться до 2–4 месяцев.

Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК) для стимулировании секьюритизации и выдачи ипотечных кредитов выпускает новую программу, по которой АИЖК собирается выкупать у крупных и средних банках, в том числе и неработающим по стандартам АИЖК, ипотечные облигации, выпущенные под кредиты в том числе выданные и на покупку жилья на вторичном рынке. Выкупаемые ипотечные облигации должны иметь наибольшую надёжность в структуре выпуска, быть номинированы в рублях, иметь минимум один рейтинг долгосрочной кредитоспособности не ниже уровня ВВВ – (по классификации Fitch) либо солидарное поручительство АИЖК. Объём каждого транша должен быть от 1 млрд. до 5 млрд. рублей.

По замыслу АИЖК, новая программа должна дополнить стандартную программу рефинансирования. До конца 2012 г. агентство планирует потратить на эту программу 20 млрд. рублей собственных средств. Участники рынка называют эту сумму весьма скромной, учитывая, что только в следующем году банкиры намерены выдать ипотеки на 550 млрд. рублей.

Итак, потребность в проведении сделок по секьюритизации у крупных банков есть и накоплен определённый опыт по реализации данного механизма фондирования. Дело за малым: понять, сколько времени ещё может понадобиться на «разморозку» этого рынка?

Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК) со своей стороны ищет также возможности защитить заёмщиков, которые попали в трудное положение в связи с кризисом.

Так для дальнейшего совершенствования ипотечного кредитования и защиты заемщиков АИЖК недавно подписало соглашение о сотрудничестве с Союзом заемщиков и вкладчиков России.

В последнее время споры между заёмщиком ипотечного кредита и банком заканчиваются судебными разбирательствами по взысканию, которые затягиваются на целые месяцы, а то и длятся больше года.

Поэтому для урегулирования отношений между заёмщиком и кредитором АИЖК совместно с «Союзом заёмщиков и вкладчиков» подготовила памятку для заёмщика по ипотеке, где расписаны варианты конкретных действий заёмщика при взаимодействии с кредитором на каждом этапе обслуживания кредита, в том числе в случае дефолта и судебного взыскания. Эту памятку АИЖК будет рекомендовать заёмщикам использовать при выдаче ипотеки по стандартам АИЖК. Эта памятка будет интересна также и банкам, т.к. и они тоже заинтересованы в таком взаимодействии.

Кроме того, АИЖК договорились с Союзом о взаимодействии в рамках создания маневренного фонда в регионах. Сейчас, когда начались реальные судебные процессы по обращению взыскания на квартиры АИЖК предлагает администрациям регионов заключать соглашения о создании таких фондов и их использовании.

Так одним из вариантов использования маневренного фонда рассматривается продажа в рассрочку муниципалитетам залоговых квартир, полученных при взыскании. Если у АИЖК будет появляться на балансе бывшее залоговое имущество, то оно может быть предложено заёмщикам в рассрочку, срок рассрочки будет оговариваться в каждом конкретном случае. Если муниципалитет оставляет заёмщика жить в этой квартире, то он получает от заёмщика платежи по социальному найму и этими платежами рассчитывается за выкупленное жилье перед АИЖК. Такой рыночный механизм формирования маневренного фонда более реален, чем административный ресурс, который в этом случае не особенно эффективен.

Заёмщик будет платить за квартиру, которая уже не будет его собственностью, но его никто не выгонит из квартиры на улицу. При этом муниципалитет вправе управлять этим жильём. Может быть, часть заёмщиков он переселит позже в другую квартиру из того же маневренного фонда. Кроме того, он может использовать фонд не только для ипотечных заёмщиков, а для других нужд, для переселения людей из аварийного жилья, к примеру. Сейчас порядка 4,5 тыс. исков находится в суде. Около 60 % из них – это как раз такая ситуация, когда людей надо выселять из квартиры, а возможностей для этого нет. Все эти новые предложения должны стимулировать дальнейшее развитие ипотечного кредитования и секьюритизации.

[1]Секьюритизация –это финансовый инструмент, с помощью которого можно получить доступ к другим источникам финансирования . На Западе секьюритизация потоков по потребительским кредитам (будь то ипотека, авто-, товарные кредиты) довольно распространённое явление. За счёт изменения структуры продукта, которое подразумевает различное распределение рисков между инвестором и эмитентом, можно добиться того, что доходность ценных бумаг будет выше, либо ниже обеспеченных долгов самого эмитента.

Автор: Виктор Зверев, к. э. н., консультант АУВЕР

Fannie Mae и Freddie Mac владеют или предоставляют гарантии примерно по 50% всех ипотечных кредитов в США (31 миллион) общей суммой 5 триллионов долларов. Они покупают кредиты у финансовых организаций и продают их инвесторам в виде облигаций с гарантией от дефолта.

МЕХАНИЗМ СЕКЬЮРИТИЗАЦИИ В СИСТЕМЕ РЕФИНАНСИРОВАНИЯ ИПОТЕЧНОГО КРЕДИТОВАНИЯ

В статье рассмотрены основные подходы к определению и виды проведения процесса секьюритизации. Изучен зарубежный опыт применения механизма секьюритизации банковских активов. Выявлены основные особенности применения механизма секьюритизации на российском рынке ипотечного кредитования. Изучены перспективы развития механизма секьюритизации в системе рефинансирования ипотечного кредитования на российском рынке.

Ключевые слова: секьютеризация, банк, ликвидные активы, ипотечные кредиты, рефинансирование, ипотечные ценные бумаги, управление рисками, анализ

В современных условиях одной из важнейших проблем рынка ипотечного банковского кредитования является обеспечение формирования долгосрочной ресурсной базы. В этой связи одним из главных направлений развития данного рынка является привлечение долгосрочных финансовых ресурсов, посредством реализации процесса секьюритизации.

Впервые механизм секьюритизации появился в конце 70-х годов XX столетия в США. Данный процесс начал развиваться в США в тот период времени на базе жилищного кредитования не случайно, так как ипотечные кредиты составляли наибольший удельный вес в активах американских банков, обладали высоким уровнем стандартизации и фактически являлись наилучшим «материалом» для реализации процесса секьюритизации. [4, с. 21]

Процесс секьюритизации в общем виде можно представить как механизм перевода активов в более ликвидную форму. С позиции более узкого подхода секьюритизация представляет собой финансовую операцию, при которой осуществляется трансформация низколиквидных активов в ценные бумаги, имеющие денежное обеспечение от исходных активов, в результате проведения данной операции происходит перераспределение риска между участниками сделки: первичным владельцем активов, инвестором и гарантом. В настоящее время среди ученых нет единства мнений относительно классификации секьюритизации банковских активов, однако можно выделить два ее основных вида: традиционная и синтетическая. [1, с. 210]

К традиционной секьюритизации относятся операции банка по отделению ипотечных активов и выводу их за баланс, после чего данные активы реализуются специально созданной организации SPV (Special Purpose Vehicle), которая осуществляет финансирование приобретения данных активов за счет выпуска ипотечных ценных бумаг (ИЦБ). [1, с. 212]

При проведении процесса секьюритизации можно выделить несколько этапов. Упрощенно схема секьюритизации представлена на рисунке 1.

1. Предоставление ипотечного кредита.

На данном этапе происходит заключение ипотечной сделки и осуществляется выдача кредита в определенной сумме и на определенный срок. Банк, выдавший кредит называется банком оригинатором, основной функцией данного банка является обслуживание выданного ипотечного кредита.

2. Аккумулирование кредитов и формирование пула закладных.

На данном этапе осуществляется формирование пула кредитов, как правило, пулы формируются исходя из однородности параметров кредита, таких как срочность, уровень процентной ставки, уровень ликвидности и кредитных рисков, что направлено на обеспечение возможности актуарных расчетов. После формирования пула кредитов осуществляется их продажа организации SPV, которая впоследствии осуществляет продажу ипотечных активов ипотечному агенту. В свою очередь, агент выступает в качестве эмитента ИЦБ и осуществляет их выпуск. 3. Продажа активов имеет важное значение, так как позволяет соблюсти требования регулятора относительно банковского капитала, а также требования по ведению учета и отчетности, снижению риска на собственный капитал.

Читайте также:  Затраты на брак учитываются в прочих расходах

3. Выпуск и размещение ценных бумаг.

На данном этапе осуществляется размещение ценных бумаг, участниками данной сделки выступают: эмитент ценных бумаг, андеррайтер, рейтинговая компания, гарант (страховая компания), юридическая компания, аудиторская организация. Взаимодействие данных участников осуществляется на определенных условиях и с определенным уровнем вознаграждения. Как правило, выпуски ипотечных бумаг делятся на транши, отличие которых связано с очередностью исполнения по ним обязательств. После выпуска ценных бумаг осуществляется размещение их на фондовом рынке, а полученные денежные средства от их реализации направляются банку-кредитору.

4. Аккумулирование денежных средств для выплат по ценным бумагам и погашение.

На данном этапе банком-оригинатором производится аккумулирование, полученных от заемщиков денежных средств в счет погашения ипотечного кредита, для погашения ценных бумаг и оплаты по ним процентных платежей. После чего осуществляется непосредственное погашение.

Несмотря на то, что процесс традиционной секьюритизации позволяет устранить риски, повысить ликвидность баланса, снизить нагрузку банка на собственный капитал, можно выделить ряд недостатков данного процесса, что обусловлено в частности высокими затратами на проведение данного процесса, а также сложностью налогового учета и т.д.

Для устранения указанных недостатков были сформированы альтернативные варианты традиционного механизма секьюритизации, наиболее распространенной из них является модель синтетической секьюритизации, основой которой является не передача актива как такового специальной организации, а передача риска, связанного с активами.

В настоящее время процесс секьюритизации имеет важное значение в системе рефинансирования ипотечного кредитования.

Динамика рынка ИЦБ, количество и объемы совершенных сделок секьюритизации в большей степени находятся в зависимости от наличия заинтересованности банка-кредитора в применении механизма привлечения фондирования, а, следовательно, от удовлетворения банков потребности в финансовых ресурсах, необходимых для финансирования своих операций ипотечного кредитования. В последние годы на мировом рынке структурированного финансирования наблюдается волнообразная динамика.

В 2016 г. объем эмиссии секьюритизированных ценных бумаг на европейском рынке показал рекордные объемы и составил 80 млрд. евро. По оценкам экспертов в 2017 г. планируется увеличение общего объема выпуска инструментов структурированного финансирования на европейском рынке на 50%, в частности за счет проведения процесса секьюритизации неработающих активов. [2, с. 254]

В качестве основной особенности рынка ипотечного кредитования в Европе можно выделить его многогранность, что связано с наличием разнообразных форм органихзаций0 осуществляющих кредитование, а также наличием различных программ и схем рефинансирования, однако ипотечные агентства в Европе отсутствуют.

Одной из наиболее общих форм рефинансирования ипотечных активов в Европе является применение депозитов. При этом экспертами Европейской ипотечной федерации объемы рефинансирования, проводимые с использованием депозитных механизмов, оцениваются на уровне не более 50%. В качестве другой формы рефинансирования можно выделить осуществление заимствования финансовых ресурсов от других финансовых институтов, при этом данная форма рефинансирования на европейском рынке занимает около 10%. Также с помощью ипотечных долговых бумаг финансируется порядка 20%, а с помощью сбережений – около 10%. С помощью секьюритизации в 2016 году рефинансировалось 30% рынка. [2, с. 254]

На рынке США в 2016 г. произошло сокращение объемов выпуска ИЦБ по сравнению с 2015 г. на 15%. При этом общий объем выпуска составил 372 млрд. долл.

Рынок секьюритизаций, выпущенных ипотечными агентствами можно отнести к самому объемному и ликвидному среди других рынков секьюритизаций в США. В США выпуск ИЦБ осуществляется с помощью трех ипотечных агентств, при этом агентство Ginnie Mae является полностью государственным, а Freddie Mac и Fannie Mae являются частными финансовыми компаниями. Американскими банками выпускаются как стандартные продукты FNMA (данный механизм схож с работой российских банков с агентством ипотечного жилищного кредитования), так и свои кредитные продукты. Однако FNMA вправе осуществить выкуп любого кредита, если сумма, сроки кредитования и другие параметры данного кредита подходят под стандартные требования агентства.

В 2016 г. в Китае и Японии получены высокие темпы роста рынка ипотечного рефинансирования по сравнению с прошлыми периодами. В Австралии наоборот произошло снижение объемов эмиссии, что связано с продолжительными изменениями в системе регулирования.

В целом, одной из основных причин роста объемов эмиссии ИЦБ в разных странах является изменение восприятия продуктов структурированного финансирования. Правительствами разных стан постепенно осознается важность применения данных инструментов, способных оказать помощь в диверсификации источников финансирования и снижении рисков финансово-кредитных институтов.

В России механизм секьюритизации на рынке ипотечных кредитов находится в стадии развития. Правовая основа появления ипотечных бумаг в России появилась в 2003 г. в связи с вступлением в силу Федерального закона № 152-ФЗ от 11.11.2003 «Об ипотечных ценных бумагах». Однако первая сделка по секьюритизации была проведена в 2006 г. специализированной ипотечной организаций ОАО «ИСО ГПБ- Ипотека». [4, с. 23]

В настоящее время на российском рынке существует три вида ипотечных ценных бумаг: закладные, ипотечные сертификаты участия и ипотечные облигации с ипотечным покрытием, при этом выпуск закладных регламентирован Федеральным законом N 102-ФЗ от 16.07.1998 «Об ипотеке (залоге недвижимости)», а другие два Федеральным законом № 152-ФЗ от 11.11.2003 «Об ипотечных ценных бумагах». [4, с. 23]

На российском рынке в качестве оператора единой системы рефинансирования ипотечных кредитов выступает Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (Агентство, АИЖК), основной задачей которого является осуществление рефинансирования выданных банками ипотечных кредитов, за счет финансовых ресурсов, привлекаемых посредством размещения ценных бумаг на фондовом рынке РФ.

По данным аналитической информации АИЖК в ноябре 2015 г. ставки по ипотечным жилищным программам с учетом программы субсидирования находились в диапазоне 9,9-12% годовых. На вторичном рынке по программам, наиболее, пользующихся спросом, ставки составляли 11,75 -13,25% годовых. В результате снижения ставок АИЖК с июня 2015 г. предлагает наиболее низкие ставки в диапазоне от 11,25- 13,25% годовых.

Как видно из рисунка 2, наиболее активно выпуск ценных бумаг начал осуществляться, начиная с 2014 г. Всего в 2014 г. было выпущено ИЦБ на 230,8 млрд. руб.

В 2015 г. объем выпуска ИЦБ снизился на 71,8%, что связано с изменение экономической ситуации в стране, вследствие мирового экономического и политического кризиса, что привело к росту задолженностей и неплатежей по ипотеке в секьюритизированных портфелях, несмотря на некоторое проявление стабилизации показателей кредитных портфелей, зафиксированных в 2015 г.

Снижение реальных доходов заемщиков, а также увеличение уровня безработицы стало причиной ухудшения обслуживания заемщиками долгов по выданным банками ипотечным кредитам. В наибольшей степени это касалось сделок по секьюритизации кредитов слабых, с точки зрения осуществления процесса андеррайтинга и сервисного обслуживания ипотечного кредитования банков-оригинаторов. [2, с. 253]

В 2016 г. всего было осуществлено 16 выпусков жилищных ИЦБ на сумму в 80,9 млрд. руб., что на 24% выше объемов выпуска ИЦБ в 2015 г.

По состоянию на конец 2016 г. в обращении (не погашены) находилось 184 выпусков жилищных ИЦБ на общую сумму 379,7 млрд. руб. В Ломбардный список Банка России включены 63 выпуска на общую сумму в 217 млрд. руб. (57% от суммы всех жилищных ИЦБ в обращении). Всего к биржевым торгам допущено (включены в котировальные листы) и находятся в обращении 111 выпусков жилищных ИЦБ на сумму 328,5 млрд. руб. (87% от суммы всех жилищных ИЦБ в обращении).

Максимальное количество закладных, входящих в реестр ипотечного покрытия – у ИА ВТБ 2014 (25,5 тысяч штук), ИА ВТБ-2013 (17,7 тысяч штук), ИА ВТБ24-2 (17,3 тысяч штук), у всех выпусков АИЖК (у АИЖК-2014-1 – 16,3 тысяч штук). Минимальное – у ИА Санрайз-1 (396 штук) (рисунок 3).

В целом, в 2016 г. российским ипотечным рынком продемонстрирована тенденция устойчивости, несмотря на продолжающийся период рецессии российской экономики. Рост данного рынка в большей степени связан с использованием государственных программ субсидирования, направленных на сохранение ставок по ипотеке на приемлемом уровне. В условиях повышения темпов экономического роста и снижения банковских ставок рост объема новых ипотечных кредитов, выданных в 2016 г. составил 26% по сравнению с объемами выдачи кредитов в 2015 г.

Также одной из положительных тенденций 2016 г. в рамках развития вторичного рынка выдачи ипотечных кредитов, является создание АИЖК совместно с ПАО «Сбербанк России» «Фабрики ИЦБ», с помощью которой будут осуществлены выпуски однотраншевых ипотечных ценных бумаг под поручительство АИЖК. [3]

В рамках нового механизма осуществление выпуска ИЦБ является основой формирования высоколиквидного и надежного рынка ИЦБ, с относительно однородным уровнем риска. Действие механизма «Фабрики ИЦБ» основано на осуществлении стандартизации процедуры выпуска ИЦБ и переход к выпуску ИЦБ с характеристиками, похожими на характеристики ценных бумаг, выпускаемые ипотечными агентствами США.

Результатом внедрения данного механизма является создание нового сегмента на рынке ИЦБ, для банков реализация механизма «Фабрики ИЦБ» должна обеспечить значительное увеличение объемов привлечения относительно дешевых ресурсов фондирования и, соответственно, привести к росту объемов выдачи ипотечных кредитов по сниженным процентным ставкам. [3]

Прогнозируется, что рост объема рефинансирования при реализации механизма «Фабрики ИЦБ» может составить до 45% от ежегодных объемов выдаваемых российскими банками ипотечных кредитов, при этом снижение ставок планируется на уровне 0,8-1,2% годовых, что можно сравнить с эффектом реализации государственных программ субсидирования процентных ставок по ипотеке.

По оценкам экспертов, в 2017 г. изменения на рынке ИЦБ будут происходить под влиянием таких факторов как изменение спроса на ипотечные кредиты, а также изменения структуры их финансирования. При этом объемы выдачи новых ипотечных кредитов будут находиться под воздействием продолжающейся тенденции снижения реальных доходов населения. Еще одним важным фактором является изменение спроса со стороны инвесторов на приобретение ИЦБ. Готовность инвесторов осуществлять инвестиции в ИЦБ будет определяться не только факторами доходности и рыночной динамики, но и факторами ведения эффективной работы по формированию механизмов защиты держателей ИЦБ, в условиях реализации жесткого контроля регулятора к банковским организациям. В этой связи практика последних лет подтверждает положительные тенденции от перехвата обслуживания попавшего под санацию банковского учреждения, обеспечение важного фактора устойчивости структуры портфеля ИЦБ, а также надежного резервного сервисера, банка счета и специализированного депозитария при реализации сделок рефинансирования. И самым важным факторов, влияющим на развитие рынка секьюритизации ипотечных кредитов является обеспечение политики государства по поддержанию как первичного, так и вторичного ипотечных рынков.

В целом, по результатам проведенного анализа можно сделать вывод, что применение механизмов секьюритизации активов, как в России, так и за рубежом основано на обеспечении исполнения долговых обязательств, а также на возможности получения денежных средств в текущий момент времени за счет их возврата ожидаемыми денежными поступлениями.

К основным перспективным направлениям развития российского рынка секьюритизации можно отнести осуществление поиска внутренних источников финансирования ипотечных кредитов, расширение присутствия на рынке пенсионных фондов, страховых организаций, а также крупных российских и иностранных корпоративных инвесторов.

Однако основной проблемой российского рынка секьюритизации ипотечных активов является низкий уровень ликвидности, отсутствие спроса со стороны банков при наличии более доходных вариантов инвестирования. Возможным решением данной проблемы может стать создание маркет-мейкера, последнего провайдера ликвидности в ИЦБ. АИЖК могло бы выступать в этой роли, имея соответствующие гарантии от государства.

Главное — превратить секьюритизацию в привычный инструмент, доступный широкому кругу банков, что сделает рынок более конкурентным и ликвидным, а значит, эффективным.

1. Банковское дело. Учебник для вузов / Под ред. О.И. Лаврушина. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Финансы и статистика. – 2015. – 666 с.

2. Бязрова Д. Ф. Оценка рефинансирования ипотечного кредитования / Д. Ф. Бязрова, Г. В. Хетагуров // Научные исследования и разработки студентов : материалы II Междунар. студенч. науч.–практ. конф. (Чебоксары, 1 дек. 2016 г.) / редкол.: О. Н. Широков [и др.]. — Чебоксары: ЦНС «Интерактив плюс», 2016. — С. 252–256.

3. Зуев Р. «Фабрика ИЦБ»: новый инструмент секьюритизации на рынке ипотечных ценных бумаг / Р. Зуев // Банковское кредитование. 2017 . – №2.

4. Логиров М.П. Ипотечное кредитование в России / М.П. Логиров // Эко. – 2015. – №9. – С. 22–34.

Ключевые слова: секьютеризация, банк, ликвидные активы, ипотечные кредиты, рефинансирование, ипотечные ценные бумаги, управление рисками, анализ

Секьюритизация ипотечных кредитов – «надеемся только на вбитый крюк и молимся, чтобы страховка не подвела»!

Ипотечные кредиты в нашей стране появились хоть и не так давно, но уже успели стать неотъемлемой частью всей банковской системы страны и финансовым инструментом, понятным и достаточно востребованным гражданами. Это один из наиболее долгосрочных видов кредитного продукта, срок его возврата достигает, в некоторых банках, тридцати лет. Риск, сопровождающий этот кредит, обоюден как для заемщика, так и для кредитора. Действительно, за такой срок вполне может получиться как у Ходжи Насреддина: или падишах помрет, или осел, или сам Ходжа. Если для заемщика никаких страховочных мер не предусмотрено, то кредитор пользуется уже отработанной стратегией, которая называется секьюритизация ипотечных кредитов.

Процесс продажи банком долгов своих клиентов перед ним происходит путем продажи выпущенных этим банком ценных бумаг – долговых обязательств. В результате банк, продавший таким образом свой долгосрочный кредитный портфель, выигрывает дважды – он ликвидирует свою собственную кредитную задолженность и снижает свои финансовые потери до приемлемой цифры в том случае, если заемщик оказывается банкротом.

Миф 1. Ипотечный кризис был вызван многотраншевой моделью

На самом деле ретроспективный анализ статистики американского рынка показывает, что последствия кризиса были вызваны не многотраншевой структурой сделок, а качеством активов, заложенных в обеспечение по ИЦБ. Так называемые субстандартные кредиты (subprime mortgages) выдавались в США в большом количестве без должной проверки платежеспособности заемщиков. В рамках выполнения Affordable Housing Goals, подразумевающих снижение ипотечной ставки по кредитам и повышение доступности жилья для семей с низким и умеренным доходом, агентства способствовали насыщению рынка ипотеки низкокачественными кредитами.

Распространенная в отдельных штатах практика «долг в обмен на ключи», позволяющая заемщику списать долг в обмен на заложенное по ипотеке жилье в любой момент времени, также не являлась причиной кризиса, а была фактором, усугубившим последствия рецессии. Отсутствие должного контроля за монополистами, ограниченное число качественных заемщиков, а также стремление Fannie Mae и Freddie Mac во что бы то ни стало выполнить поставленные перед ними задачи по объемам выдачи ипотеки и занять монопольную позицию стали отправной точкой возникновения рынка субстандартных кредитов.

По состоянию на 2008 год два агентства являлись владельцами или гаранторами более 70% низкокачественных кредитов в стране. Их дальнейшая секьюритизация (в том числе через однотраншевые ИЦБ) и переупаковка структурированных ценных бумаг в синтетические инструменты (CDO) и стали причинами кризиса.

Распространенная в отдельных штатах практика «долг в обмен на ключи», позволяющая заемщику списать долг в обмен на заложенное по ипотеке жилье в любой момент времени, также не являлась причиной кризиса, а была фактором, усугубившим последствия рецессии. Отсутствие должного контроля за монополистами, ограниченное число качественных заемщиков, а также стремление Fannie Mae и Freddie Mac во что бы то ни стало выполнить поставленные перед ними задачи по объемам выдачи ипотеки и занять монопольную позицию стали отправной точкой возникновения рынка субстандартных кредитов.

Определение секьюритизации и ее виды

В 2020 году все более актуальным становится вопрос, что такое секьюритизация ипотечных кредитов. Простыми словами — это продажа долговых обязательств.

Когда банк выдает средства на покупку жилой или коммерческой недвижимости, часто присутствует риск, что заемщик не вернет долг или не полностью его выплатит.

Чтобы свести к минимуму такие риски, финансовые компании выпускают ипотечные ценные бумаги и перепродают инвесторам. Последние нередко покупают их по меньшей стоимости и в будущем получают доход.

Кредитный портфель в большинстве случаев включает пакет долговых обязательств с низкой корреляцией. Это означает, что каждый ипотечный займ не зависит от другого и снижение доходности одного не влияет на прибыль другого займа.

Таким образом, даже если портфель содержит сравнительно рискованные кредиты, общая доходность будет выше, чем реализация всех долгов по отдельности.

При этом цена продажи формируется с учетом различных рисков. На размер прибыли инвестора может повлиять общая экономическая обстановка в стране.

Выгода банков от секьюритизации активов заключается в том, что он быстро возвращает средства, переданные клиентам. Это дает возможность повторно финансировать заемщиков и защищает от риска невозврата задолженности, то есть, от потенциальной потери прибыли.

Устоявшейся классификации секьюритизации банковских активов до сих пор не создано. Но большинство авторов выделяет два основных вида:

  1. С участием банковских кредитов — выполняется с использованием ценных бумаг или за счет привлеченных кредитов.
  2. С участием небанковских, посторонних активов — осуществляется благодаря кредитным средствам или финансам, поступившим с фондового рынка.

Выгода банков от секьюритизации активов заключается в том, что он быстро возвращает средства, переданные клиентам. Это дает возможность повторно финансировать заемщиков и защищает от риска невозврата задолженности, то есть, от потенциальной потери прибыли.

ИЦБ: правила инвестиций

— Первое и самое главное правило инвестиций в ИЦБ — покупать только старшие транши, — советует Юсипов. — В случае Фабрики ИЦБ все выпуски имеют статус обособленного старшего транша с одним субординированным кредитным усилением в виде поручительства ДОМ.РФ. В многотраншевых ИЦБ всегда есть старший выпуск, обычно он обозначается цифрой 1 или буквой А, и младший транш — транш 2 или Б.

Читайте также:  Перечень банков для открытия спецсчета

Второе правило — наличие минимальной теоретической подготовки по финансам. Чтобы разобраться в ИЦБ, придется изучить такой раздел финансов, как текущая стоимость денежного потока (NPV). Там нет ничего сложного, но с цифрами все же надо дружить.

Поэтому первые шаги на рынке ИЦБ представитель УК ТФГ рекомендует все же начинать с облигаций ДОМ.РФ. В торговых терминалах они обычно обозначаются как ИАДОМРФ.

Поэтому первые шаги на рынке ИЦБ представитель УК ТФГ рекомендует все же начинать с облигаций ДОМ.РФ. В торговых терминалах они обычно обозначаются как ИАДОМРФ.

Чем грозит секьюритизация вашей ипотеки?

Секьюритизация ипотечного портфеля как способ привлечения средств для обеспечения роста предложения по ипотеке в условиях развития рынка строительства в России, и роста спроса на ипотечное кредитование. Что вам делать, если это произошло с вашей закладной по ипотеке?

Фото: facebook . com

Автор: fingramota . org

Секьюритизация в общем виде

Секьюритизация (от англ. securities – «ценные бумаги») – финансирование определенных активов при помощи выпуска ценных бумаг. Секьюритизировать можно, например, ипотечные займы, автокредиты, лизинговые активы и т. д.

Чтобы провести секьюритизацию, компания, имеющая портфель любых активов, которые приносят ей денежный поток, может выпустить на весь объем определенного актива долговые ценные бумаги, обеспеченные этим самым активом. Можно секьюритизировать, например, объем арендных платежей от офисных помещений и многое другое.

Ипотечная секьюритизация

Секьюритизация ипотечных кредитов (от англ. securities — «ценные бумаги») — это форма привлечения банком дополнительного финансирования за счёт выпуска ценных бумаг, обеспеченных активами — портфелем ипотечных кредитов. Эта деятельность регламентируется Федеральным законом «Об ипотечных ценных бумагах» от 11.11.2003 № 152-ФЗ (далее — Закон № 152-ФЗ), а также Федеральным законом от 8 июля 1999 года N 139-ФЗ «О рынке ценных бумаг». В ходе секьюритизации финансовые активы списываются с баланса банка, отделяются от остального имущества и уступаются специально созданному финансовому посреднику — компании специального назначения (ипотечному агенту). Далее ипотечный агент выпускает облигации, которые обеспечены указанными активами. Именно эти облигации реализуются на рынке капитала. При смене владельца облигаций не происходит смены владельца закладных.

Что секьюритизация означает для заемщиков?

Если коротко, то почти ничего. А если чуть подробнее, то ответ будет такой.

Дело в том, что секьюритизация означает передачу прав по закладной. Напомним, что закладная — именная ценная бумага, подтверждающая право залога недвижимости, право кредитора на возврат суммы кредита и получение процентов по кредиту. Раньше закладная представляла собой исключительно бумажный документ, который хранился в депозитарии. Однако в 2018 году в силу вступили поправки к Федеральному закону об ипотеке N 102-ФЗ, и теперь закладная может быть оформлена и в электронном виде. Данная поправка к закону существенно упрощает и удешевляет оборот закладных и производных финансовых инструментов, коими в данном случае будут ипотечные облигации.

Передача прав по закладной — нормальный процесс жизни ценной бумаги. Он происходит согласно статье 48 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)»), а также статьям 382 и 384 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ). Закон гарантирует, что права и обязанности, принятые вами и вашим кредитором по ипотечному договору, будут обеспечены в 100% случаев в соответствии с законодательством. Кредитор обязан проинформировать заемщика о передаче прав по закладной письменным уведомлением.

Главное для заемщика – знать, что при передаче прав по закладной существующие условия ипотечного договора не меняются: процентная ставка, сумма платежа, срок кредита и прочие условия остаются прежними . Единственное, что может измениться в результате уступки прав по закладной в некоторых случаях, — это реквизиты для оплаты . Информация об этом содержится в уведомлении от кредитора, поэтому если вы такой документ получили, то внимательно его прочитайте.

Более того новый владелец вашей закладной должен обеспечить условия, чтобы вы могли продолжать выплачивать ипотечный кредит так же, как и раньше, без дополнительных комиссий.

За развитие российского рынка ценных бумаг!

Более того новый владелец вашей закладной должен обеспечить условия, чтобы вы могли продолжать выплачивать ипотечный кредит так же, как и раньше, без дополнительных комиссий.

Понятие секьюритизации и ее виды

Несмотря на то, что данный финансовый термин достаточно широко встречается в специализированной литературе, зачастую можно столкнуться с тем, что значение его достаточно расплывчато. Можно сказать, что правильнее употреблять словосочетание «секьюритизация активов», поскольку один термин не несет в себе той смысловой нагрузки, которую в него вкладывают финансисты.

Проанализировав все имеющиеся определения секьюритизации активов, их можно разделить на два типа:

  1. Секьюритизация как способ перевода неликвидных активов в ликвидные с помощью фондового рынка.
  2. Процесс секьюритизации как определенная последовательность действий.

Механизм данного процесса представляет собой достаточно сложную операцию, состоящую из множества этапов с участие нескольких финансовых организаций и с использованием различных финансовых инструментов.

Рассмотрим базовый пример секьюритизации активов, где инициатором процесса является банк-кредитор, выдавший заемщику займ в денежном выражении. При этом банк-инициатор является одновременно эмитентом, выпускающим ценные бумаги (в данном примере облигации), обеспеченные активами. Помимо этого в процессе участвуют:

  • Инвестор, приобретающий облигации, дающие ему право получения по окончанию срока своего действия суммы начальной стоимости бумаги плюс проценты.
  • Заемщик, обратившийся в банк за получением ссуды, который выплачивает банку сумму долга и начисляемые проценты.
  • При этом на практике в данный момент могут добавляться различные организации-посредники, выполняющие процесс выпуска, размещения или погашения ценных бумаг.

На сегодняшний день в России имеется ряд проблем, препятствующих росту числа секьюритизационных сделок. Для их решения и был подготовлен описанный выше законопроект, который в идеале сможет законодательно установить следующие моменты:

Соображения на троих

Банки ВТБ, UniCredit и Deutsche Bank запускают совместную программу рефинансирования и секьюритизации российской ипотеки. Сумеют ли они составить конкуренцию нынешним игрокам и как отразится на проекте общемировой ипотечный кризис?

«Этой идеей были захвачены все: и ВТБ, и UniCredit, и, пусть даже в меньшей степени, Deutsche Bank. Однако мы подумали, что если каждый по отдельности запустит подобный проект, то на рынке станет слишком тесно»,— вспоминает заместитель начальника управления долгового и торгового финансирования ВТБ Виктор Киселев.
Не желая оказаться и в тесноте и в обиде, вышеупомянутые банки решили объединить усилия: 9 августа они подписали соглашение о сотрудничестве и объявили о запуске совместной программы рефинансирования и секьюритизации российской ипотеки. В течение двух лет триумвират готов потратить на нее $2 млрд. Первоочередной интерес для него представляют средние региональные банки: те могут рассчитывать на получение серьезной кредитной линии (до $200 млн). От них же требуется способность собрать за два года портфель ипотечных кредитов объемом не менее $100 млн, а в идеале $150–200 млн. Скапливаться пулы кредитов будут не на балансе банков, а в специализированной компании-накопителе (так называемом warehouse), зарегистрированной в Люксембурге. Когда объем портфеля регионального банка окажется достаточным, партнеры его секьюритизируют, выступив организаторами выпуска ипотечных облигаций этого банка на международном рынке. Сейчас, по словам старшего вице-президента ВТБ Андрея Сучкова, ведутся переговоры примерно с 10 банками, а первые соглашения стороны подпишут уже в сентябре.
Новый участник рынка хочет убить двух зайцев одним камнем, то есть, во-первых, оттянуть на себя аудиторию банков, чьи кредиты традиционно скупают другие крупные игроки — государственное Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК), «дочка» Газпромбанка «Совфинтрейд», «КИТ финанс», «АТТА ипотека» и др., а во-вторых, отхватить жирный кусок от пирога организаторского бизнеса (за счет комиссионных доходов от него и собирается по преимуществу жить «тройственный союз»).

Словарь инвестбанкира

Секьюритизация — выпуск ценных бумаг, обеспеченных пакетом (пулом) закладных
Закладная — именная ценная бумага, удостоверяющая права ее владельца на получение исполнения по денежному обязательству, обеспеченному ипотекой недвижимого имущества, которое указано в договоре об ипотеке
SPV (special purpose vehicle) — юридически не связанная с организатором секьюритизации компания, на баланс которой передаются секьюритизируемые активы
Накопитель — SPV, цель которого — аккумулировать на своем балансе кредиты, выдаваемые кредитной организацией, и финансировать приобретения этих кредитов путем выпуска неэмиссионных долговых инструментов (нот или обеспеченных векселей)
АИЖК (Агентство по ипотечно-жилищному кредитованию) — правительственная организация, которая обеспечивает ликвидность выдающих ипотечные кредиты российских коммерческих банков за счет покупки прав требований по таким кредитам на средства, привлекаемые им с помощью размещения своих облигаций на фондовом рынке

Ипотека 2.0

Российский рынок секьюритизации ипотеки находится в младенческом возрасте: применяемый во всем мире способ добывания дешевых и длинных денег для выдачи ипотечных кредитов в России используется чуть больше года. За это время было проведено восемь сделок по секьюритизации ипотечных активов на общую сумму около $1,3 млрд.
Впрочем, с 2004 года российские банки «тренировались на кошках», проведя несколько сделок по секьюритизации автомобильных, карточных и потребкредитов. Первым российским банком, который решился на сделку по секьюритизации ипотечных активов, был ВТБ. Произошло это в июле прошлого года. Несмотря на то что выпуск бумаг был небольшим (всего $88,3 млн), он получил рейтинг, превосходивший на тот момент и рейтинг самого ВТБ, и суверенный рейтинг России. Старший транш (на $74 млн) получил максимально возможные А1 от Moody’s и BBB+ от Fitch, и в итоге бумаги были выгодно размещены на 28 лет под LIBOR + 1% годовых. Окрыленное успехом, руководство ВТБ заявило о том, что собирается секьюритизировать не только собственные кредиты, но и портфели других банков.
Меньше чем через месяц вслед за ВТБ подобную сделку провел и первый частный игрок — специализированный Городской ипотечный банк, секьюритизировавший кредиты на сумму около $73 млн. Рассчитывать на те же результаты, что и мощный госбанк, одиночка не мог: ставка, под которую ему удалось разместиться, составила LIBOR + 1,6%. Однако это тоже была своего рода удача: сделка не прошла незамеченной, и перспективного новичка (банку тогда не исполнилось и трех лет) вскоре купил Morgan Stanley.
Тем временем госбанки продолжали эксперименты. В ноябре 2006 года Газпромбанк провел первую российскую рублевую секьюритизацию, разместив внутри России номинированные в рублях облигации «Совфинтрейда», своей «дочки», на сумму 3 млрд руб. со сроком обращения 30 лет. На рынке сделку восприняли как образцово-показательную: осуществленная при поддержке государства, она была призвана продемонстрировать «идущим следом», что рублевая секьюритизация внутри России возможна в принципе.
Тем не менее, полагают эксперты, инвесторов, готовых покупать ипотечные бумаги, на российском рынке все-таки маловато. Чтобы секьюритизировать по-крупному, нужно выходить на рынки международные.

Любовь по расчету

Как раз это умеют делать по крайней мере два из трех участников триумвирата. Впрочем, если Deutsche Bank на мировом рынке инвестиционно-банковских услуг является одним из крупнейших игроков, то у UniCredit, скорее ориентированного на розницу, не столь громкое имя на этом поприще. Зато, вспоминает первый зампредправления Городского ипотечного банка Руслан Исеев, у итальянцев уже есть опыт секьюритизации российских активов, пусть и не ипотечных. Именно банк HVB, впоследствии купленный UniCredit, в свое время проводил секьюритизацию пластиковых карт «Русского стандарта» и HomeCredit. «У них есть свои технологии, заточенные под российскую действительность»,— убежден Исеев.
«И UniCredit, и Deutsche Bank нуждаются в ВТБ, да и для ВТБ они хорошие партнеры,— говорит руководитель блока ипотечного кредитования Альфа-банка Илья Зибарев.— Эта „любовь” взаимовыгодна и взаимополезна».
Что самое главное, союз дает банкам возможность генерировать больше средств. Так, по мнению гендиректора рефинансирующей компании «АТТА ипотека» Александра Черняка, заявленный союзниками объем вложений — $2 млрд на два года — лишь пробный шар: «Масштабы банков таковы, что они могли бы запустить программу на пять лет, организовывая сделки по секьюритизации объемом $2–3 млрд в год».
Джеймс Кук, один из основателей российской ипотеки и председатель совета директоров кредитного супермаркета «Кредитмарт», полагает, что создание альянса увеличит количество потенциальных покупателей ценных бумаг: у каждого банка своя клиентская база. Кроме того, уверен эксперт, это снизит и потенциальные риски, поскольку те распределятся между банками-партнерами.
Также, отмечает Илья Зибарев, банки смогут рассчитывать на более низкие ставки при размещении. «Если Москоммерцбанк разместился под 1,75% (плюс LIBOR.— СФ ), то участники союза могут рассчитывать на 0,5–0,6%, а может, и на меньшие проценты»,— вспоминает он недавнюю сделку.
Для ВТБ польза от «любви по расчету» также очевидна: по мнению участников рынка, иностранные банки станут для ВТБ источником дешевых денег и возьмут на себя главную роль в организации сделок по секьюритизации.
Впрочем, и у зарубежных членов триумвирата была острая потребность в российском партнере: «Ни у UniCredit, ни у Deutsche Bank нет сети в регионах, с помощью которой можно было бы наладить взаимодействие с местными банками»,— отмечает Илья Зибарев.
Сотрудничать с ВТБ выгодно и потому, что его розничная «дочка» ВТБ 24 способна выступить в качестве резервного сервиса. «Российский банк, у которого был выкуплен пул кредитов, обычно продолжает обслуживание этих кредитов,— поясняет Руслан Исеев.— Однако если он перестанет это делать, например в случае банкротства или продажи, обслуживание перейдет к резервному банку». Виктор Киселев подтверждает, что HVB и Deutsche Bank пришли к ВТБ в том числе потому, что для такой программы понадобился банк с хорошей сетью и возможностью обслуживания.
Однако насколько конкурентно предложение, которое участники альянса делают рынку?

Накопитель накоплений

Ипотека 2.0

Ипотека в России – пожизненная мышеловка

Принятые у нас условия ипотечных договоров оставляют клиентов должниками даже после того, как они отдали своё жильё банку. Признавать людей банкротами суды в этих случаях тоже не торопятся. Получается, что выхода нет

Новая волна ипотечной эйфории

Власти России отчитались о своих достижениях за 2018 год показателем прироста ВВП. Этот прирост неожиданно для всех (даже самой власти) составил 2,3%. А ведь прогнозы Минфина, Минэкономразвития, Банка России и независимых экспертов на 2018 год находились в диапазоне 1,5-1,9 %. Росстат и Минэкономразвития объяснили такой приятный сюрприз тем, что в прошлом году происходило весьма динамичное развитие строительного сектора экономики. А чем была вызвана высокая динамика строительства в стране? Оказывается, бурным ростом ипотечного кредитования граждан России.

Банк России и «Русипотека» (Аналитический центр по ипотечному кредитованию и секьюритизации) сообщили, что за прошлый год общий объём выданных и действующих ипотечных жилищных кредитов (ИЖК) в стране увеличился аж в полтора раза. Вот как выглядела динамика этого показателя за период 2015–2018 гг. (на конец года, млрд руб.): 2015 г. – 1147,3; 2016 г. – 1473,3; 2017 г. – 2022,9; 2018 г. – 3013,1.

Итак, прирост общего объёма ИЖК в 2016 гг. составил 1,28 раза; в 2017 гг. – 1,37 раза; в 2018 г. – 1,49 раза. Столь высоких относительных приростов ипотечного кредитования за время существования России было всего несколько. В абсолютном выражении общий объём выданных ИЖК за прошлый год увеличился на один триллион рублей! Такого абсолютного прироста не было в истории РФ. В 2017 году был зафиксирован прирост выданных кредитов в размере почти 550 млрд руб. Его тоже называли рекордным показателем, однако он был уверенно побит рекордом 2018 года.

Стоимостную динамику можно дополнить показателем количества выданных за год ипотечных жилищных кредитов (тыс.): 2015 г. – 691,9; 2016 г. – 856,5; 2017 г. – 1087,0; 2018 г. – 1471,8. Почти полтора миллиона подписанных договоров по ипотеке с гражданами России в прошлом году. Это рекорд! Ближайший по значению показатель – 1012,8 тыс. кредитов – был зафиксирован в 2014 году.

Фото: AntonGrachev / Shutterstock.com

Таких абсолютных приростов в истории Российской Федерации не было. Часть новых кредитов трансформировалась в контракты строительных компаний, а те, в свою очередь, трансформировались в объекты жилищного строительства (как сданные, так и находящиеся в стадии строительства). Что и было учтено Росстатом при расчёте показателя ВВП за прошлый год.

Напомню, что в 2015 году произошёл кризис ипотечного кредитования, что было спровоцировано резким и глубоким падением валютного курса рубля в декабре 2014 года. Общий объём выданных и действовавших ипотечных кредитов в конце 2014 года был равен 1,762 млрд руб., а через год этот показатель упал до 1,147 млрд руб.

Не перегружая читателя статистикой, скажу, что в 2016 году происходило постепенное восстановление ипотечного кредитования. А с 2017 года началось его динамичное развитие, и к концу указанного года по общему объёму выданных кредитов уровень рекордного 2014 года уже существенно был превзойдён. А 2018 год вообще можно назвать годом ипотечного бума.

Парадоксы ипотечного бума

Эта тенденция весьма парадоксальна, учитывая, что уже пятый год подряд падают (даже по признанию властей) реальные доходы населения России. Ещё более странно, что условия ипотечного кредитования за последние годы не демонстрируют смягчения для клиентов. Процентная ставка по разным банкам и по разным видам ипотечного кредитования (строящееся жилье, приобретение жилья в готовых новостройках, вторичных рынок жилья) «гуляла» в эти годы в «коридоре» от 10 до 15% годовых, почти никогда не принимая однозначных величин. Сроки погашения также сильно варьировались (чаще всего в диапазоне от 15 до 25 лет), но тенденции к смягчению не демонстрировали.

Чем же тогда объяснить ипотечный бум в России? Прежде всего тем, что банки стали более толерантно относиться к заявкам граждан на получение кредитов. Ещё несколько лет назад в некоторых банках «отбраковка» достигала 90% подаваемых заявок. Сегодня процент отбраковки существенно снизился, получить кредит намного легче. Кроме того, по одному показателю – первому платежу за жильё, который должен сделать клиент банка, – условия смягчились. Раньше обязательного платежа меньше 20% от стоимости объекта недвижимости не было ни в одном банке. Сегодня планка понижена. К тому же банки сквозь пальцы смотрят на то, что даже первый платёж клиент осуществляет не за счёт своих «кровных», а берёт для этого потребительский кредит (некоторые умудряются брать его в том же банке, где потом оформляют ипотеку).

Читайте также:  Антикоррупционная оговорка в договоре - образец 2020 года

Более того, отдельные клиенты умудряются даже обслуживать ипотечный долг (текущие платежи) за счёт иных кредитов, что фактически означает рефинансирование ипотечного долга. И формально показатель просроченной задолженности по ИЖК, согласно данным Банка России, снижается. Так, в декабре 2017 года она была равна 5%, в январе текущего года упала почти до 3%. Весьма обманчивая картина благополучия на рынке ипотечного кредитования. Такое иллюзорное благополучие всегда складывалось накануне ипотечных кризисов – как российских, так и зарубежных.

NB: об ипотечном кризисе в Америке

Когда знакомишься со статистикой ипотечного кредитования в России за последние два года, невольно на память приходит ипотечный кризис в США. Там в первой половине нулевых годов началось надувание ипотечного пузыря на рынке, чему в немалой степени способствовала так называемая секьюритизация ипотечных кредитов. Банки переуступали требования по ипотеке специальным финансовым компаниям, которые трансформировали их в ипотечные долговые бумаги.

Начался ипотечный бум по цепочке:

банки, выдающие ипотечные кредиты → финансовые компании, выпускающие ипотечные бумаги → иные инвесторы (банки, фонды, финансовые компании), использующие ипотечные бумаги в качестве залогов или актива, на основе которого создаются производные финансовые инструменты.

Таким образом, бум проявлялся не столько на строительных площадках, сколько на финансовых рынках. Но вся эта финансовая афера держалась на зыбком фундаменте спроса на жилищные кредиты со стороны населения и цен на недвижимость. Ажиотаж на финансовом рынке и рынке недвижимости подогревали полугосударственные ипотечные агентства Fannie Mae и Freddie Mac, которые получали хорошие деньги из федерального бюджета и занимались гарантированием частных ипотечных кредитов. То есть государство откровенно участвовало в «надувании пузырей» на рынках. А банки, получив гарантии от государства, перестали думать о рисках кредитования и раздавали кредиты направо и налево.

Говорят, что ипотеку предлагали даже безработным, обещавшим, что они сумеют трудоустроиться. В 2006 году появились признаки того, что цены на рынке недвижимости перестали расти. А в 2007 году уже разразился полномасштабный ипотечный кризис. Он достаточно быстро вышел за пределы рынка недвижимости и рынка ипотечных бумаг и подобно лесному пожару распространился на другие сектора экономики и на другие рынки. Начался финансовый кризис, апогеем которого стало банкротство осенью 2008 года «Леман Бразерс» – одного из банковских гигантов Уолл-стрит. А дальше финансовый кризис вышел за пределы США и стал мировым. Захватив в том числе Россию.

Ипотечные кризисы были и в России

Кстати, многие, наверное, подзабыли, что поразивший России в 2008–2009 гг. кризис особенно ярко проявился именно в сфере ипотечного кредитования. Если на конец 2008 г. общий объём выданных ИЖК был равен 655,8 млрд руб., то в конце 2009 года он упал до 152,5 млрд руб. Сокращение в 4,3 раза! Мало того, что это отразилось негативно на макроэкономических показателях страны (падение ВВП в 2009 году составило 7,9%), – оно очень больно ударило по тысячам наших сограждан. Тогда ещё масштабы ипотечного кредитования населения были сравнительно скромными на фоне сегодняшних цифр, и тем не менее СМИ сообщали тогда, что около 60 тыс. семей, проживавших в ипотечных квартирах, оказались на грани банкротства. Судьба их покрыта мраком, ибо ни Росстат, ни Банк России, никакая другая организация не ведут статистического учёта того, что происходит с банкротами по ипотечным кредитам. Значительную часть должников действительно выселили из квартир. Кому-то банки провели реструктуризацию долга – это не значит, что долг был хотя бы частично прощён, нет, пролонгировались сроки кредитных договоров. Чаще всего такая пролонгация увеличивала общую сумму обязательств.

Вероятность того, что «ипотечный пузырь» в России в этом году может лопнуть, очень велика. Эксперты в основном оценивают последствия такого неприятного события для макроэкономических показателей России. Минфин и Минэкономразвития дали прогноз на 2019 год: ожидаемый прирост ВВП составит 1,3%. Банк России даёт прогноз в виде «вилки» от 1,2 до 1,7%. Не очень весёлая перспектива на фоне прошлого года, а также с учётом прошлогоднего майского указа президента РФ. Но даже такого скромного прироста ВВП может не произойти, ибо финансово-экономический блок власти в своих прогнозах даже не упомянул риск ипотечного кризиса. А если он произойдёт, то экономический рост уйдёт в минус, причём очень хороший минус.

Я уже сказал о глубочайшем падении экономики (на 7,9%) во время ипотечного кризиса 2009 года. Второй после этого ипотечный кризис 2015 года привёл к падению ВВП на 2,5%. Сегодня строительный комплекс страны в большей степени, чем тогда, завязан на ипотечное кредитование (эксперты говорят, что в прошлом году впервые объём строительства за счёт ипотечных кредитов превысил объём строительства за счёт иных источников финансирования). Так что, если произойдёт ипотечный кризис, то падение экономики, возможно, станет более серьёзным, чем в результате предыдущих ипотечных кризисов 2009 и 2015 гг.

Фото: sommart sombutwanitkul / Shutterstock.com

Люди под дамокловым мечом ипотеки

Но это мы говорим об абстрактном показателе ВВП. А судьбы конкретных людей? По состоянию на октябрь прошлого года число граждан, имевших на руках договора ИЖК, оценивалось экспертами в 3,5 млн человек. Прогнозируется, что за 2019 год будут заключены ещё договоры на сумму 1,2 трлн руб. (общая сумма выданных кредитов на конец года должна составить 7,6 трлн руб.). На данный момент, по нашим оценкам, число получателей ИЖК находится в районе 4 млн человек. Если исходить из среднего размера семьи заёмщика, равного 4 человекам, то на сегодняшний день под дамокловым мечом ипотеки находится примерно 16 млн человек. Т.е. более 10% всего населения страны.

Даже если предположить, что в случае ипотечного кризиса неплатёжеспособными окажутся лишь 10% получателей ИЖК (примерно столько их было зафиксировано в 2009 году), то в абсолютном выражении это 400 тысяч клиентов банков. А вместе с членами их семей – 1,6 млн человек. Причём эта оценка жертв возможного ипотечного кризиса, с моей точки зрения, самая что ни на есть консервативная. Напомню, что в результате ипотечного кризиса в Америке в 2007–2008 гг. несколько миллионов человек потеряли жильё. То же самое может произойти у нас. Но в Америке существенно теплее, чем в России. У нас бомжи часто уходят из жизни зимой – просто замерзают. По экспертным оценкам, у нас сегодня от 1,5 до 3,0 млн бомжей. А в результате ипотечного кризиса их число может удвоиться.

«Ипотека – не тюрьма. Амнистии не будет!»

Но и это ещё не все. В Америке банкрот по ипотечному кредиту просто оставляет жильё банку и по-английски уходит (оставляет ключ от дома или квартиры в почтовом ящике). Никто никому больше ничего не должен. Там клиент банка берёт взаймы не деньги, а квартиру (или дом). У нас он берёт взаймы деньги на приобретение квартиры. А это значит, что банк квартиру банкрота выставляет на продажу и полученные от реализации квартиры деньги зачитывает в погашение долга. Но даже сегодня, когда происходят такие банкротства, денег от продажи зачастую не хватает на то, чтобы закрыть кредитный договор. А если завтра начнётся падение цен на рынке недвижимости, то их тем более не будет хватать. Клиент банка, клюнувший на ипотечный крючок, становится пожизненным долговым рабом банка.

Экономическая теория гласит, что любой кризис (экономический, финансовый, долговой, валютный и т.п.) представляет собой стихийное выравнивание диспропорций, накапливающихся в экономике. Происходит некая расчистка экономики от дисбалансов, что даёт ей импульс для нового этапа развития. Но к ипотечному кризису это не относится – банк от своих обязательств по кредитному договору полностью освобождается, а вот обязательства должника, лишившегося залоговой квартиры, сохраняются и даже могут увеличиться (некоторые кредитные договоры предусматривают даже особые штрафные санкции в случае дефолта клиента).

Так, во время ипотечного кризиса в России в конце нулевых годов общий объём действовавших ипотечных кредитных договоров сократился в 4,3 раза. А как выглядела задолженность по ипотеке в это время? В конце 2008 года, по данным Банка России и «Русипотеки», она была равна 1070,3 млрд руб., а спустя год – 1010,9 млрд руб., т.е. сократилась всего на 5,5%.

Ещё более поразительна картина по ипотечному кризису 2015 года. С конца 2014 г. по конец 2015 г. общий объём выданных и действовавших ипотечных кредитов сократился на 35% (с 1762,5 млрд до 1147,3 млрд руб.). А задолженность по ипотеке за этот же отрезок времени не только не уменьшилась, а выросла – с 3520,1 млрд до 3920,4 млрд руб., на 11,4%. Ипотечная мышеловка действует очень надёжно.

После этого, как мы знаем, в России появился институт банкротства физического лица. Масштабы «физических» банкротств постепенно увеличиваются. В прошлом году число граждан, по которым суды вынесли вердикты об их несостоятельности, составило 43 984, примерно в 1,5 раза больше, чем в 2017 году. Конечно, у тех граждан, которые попали в ипотечное рабство, появляется соблазн защититься от банкиров-ростовщиков путём признания их «физическими» банкротами. Однако суды такие попытки отвергают, оставляя пожизненных ипотечных рабов один на один с банками. Ипотечные мышеловки должны быть пожизненными, никаких амнистий и индульгенций здесь не допускается. В своё время известный юморист Михаил Задорнов выразился так: «Ипотека – не тюрьма. Амнистии не будет!». О пожизненном ипотечном рабстве народ уже успел сложить кучу шуток. Например: «Крепостное право отменили. Нет. Его назвали ипотекой». Или «Ипотека – это ГУЛАГ XXI века». Как видим, юмор – исключительно из разряда «чёрного».

Начался ипотечный бум по цепочке:

Если рожают 12-летние, где отцы детей и уголовные дела?

Если у ребенка 12 лет появился свой ребенок, то это однозначно уголовное преступление, если только отцом не является ребенок, не достигший 14 лет. Но мне почему-то кажется, что вот такие конфигурации достаточно редки. Все-таки речь идет о том, что рожают девочки от совершенно вполне себе взрослых или почти взрослых мужчин 17-18 лет, но девочкам при этом 13-14 лет и это всё, конечно, имеет признаки преступлений. Хотелось бы увидеть уголовные дела по этому поводу, но статистика по такой категории дел, как правило, закрытая. Всё в интересах детей, никто не собирается эту статистику открывать, потому что преступники в этой ситуации тоже зачастую несовершеннолетние.

Однако если мы посмотрим на те ситуации, которые были достоянием публичности. Помните историю, когда чеченский полицейский женился на девушке, которая не достигла восемнадцатилетнего возраста? Нет-нет, всё в рамках права, просто поскольку воспринималось вполне нормально, Мне кажется, что такие ситуации не редкость, просто мы о них не знаем.

По моему глубокому убеждению, когда ребенок сам становится матерью, здесь требуется выяснение не было ли это результатом изнасилования или другого уголовного преступления. К сожалению, таких проверок судя по всему проводится не много.

У нас есть региональные различия по возрасту вступления в брак. В каком-то регионе это можно с 14 лет, в каком-то регионе это можно с 16 лет по разрешению, разумеется, органа местного самоуправления. Но вот в этом и заключаются региональные различия. Однако, вступая в брак с 14-летней девочкой, как правило, все-таки девочки моложе здесь в данной ситуации, нужно понимать, что если разница в возрасте достигает циклопических размеров, и она выходит замуж просто за старика для себя, то мы вряд ли здесь будем говорить о большой любви и интересах ребенка, в данном случае выходит замуж ребенок, и здесь скорее вопрос к уголовному кодексу, а не к региональным различиям, связанным со вступлением в брак.

Как определяют наказание

Многих интересует, сколько лет дают за совращение малолетних.

Ситуации могут быть разными, поэтому судья учитывает все нюансы – и разницу в возрасте между людьми, и обстоятельства, и вступили ли они в брак после этого, и т.д.

На основании всех деталей, улик и показаний выносится объективное решение. Как уже становится ясно – максимумом может быть пожизненное лишение свободы, если проявляются признаки рецидива.

  • Секс был с несовершеннолетним младше 14 лет.
  • Действия были развратными, но без насилия.

Ответственность наступает при половом сношении с гражданином не достигшим 16 лет у лица, которому исполнилось 18 лет, по следующим статьям:

Возраст сексуального согласия — что нужно знать?

Правовая инструкция ЮРИСТЫ19.РФ расскажет, что понимается под возрастом сексуального согласия, когда имеет значение разница в возрасте сексуальных партнеров, какие споры рассматриваются в судах в связи с этим, к какой ответственности может привлекаться гражданин, вступивший в связь лицом, не достигшим возраста сексуального согласия.

1.Что такое возраст сексуального согласия?

Возраст, с наступлением которого лицо с точки зрения законодателя может дать осознанное добровольное согласие на вступление в половые отношения, называют возрастом сексуального согласия. За половое сношение с лицом, не достигшим 16 лет, предусмотрена уголовная ответственность по ст. 134 УК РФ. В то же время УК РФ предусматривает уголовную ответственность за половую связь с лицом от 16 до 18 лет, если она была квалифицирована как оказание сексуальных услуг за вознаграждение (обещание вознаграждения). Отягчающим обстоятельством при совершении преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетнего считается недостижение им возраста 12 лет, так как согласно УК РФ до этого возраста лицо считается неспособным понимать характер и значение совершаемых с ним действий. Такое состояние признается беспомощным. Поэтому половое сношение с таким лицом или развратные действия в отношении него влекут ответственность по п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ и п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (изнасилование потерпевшей в возрасте до 14 лет и совершение действий сексуального характера с применением насилия в отношении такого лица).
Кроме того, в уголовном праве в определенном случае имеет значение разница в возрасте между половыми партнерами. Согласно примечанию к ст. 134 УК РФ в случае, если разница в возрасте между потерпевшей (потерпевшим) и подсудимым (подсудимой) составляет менее четырех лет, то наказание в виде лишения свободы не применяется в следующих случаях:
за половое сношение с лицом не достигшим 16 лет (ч.1 ст.134 УК РФ);
за совершение развратных действий без применения насилия (ч.1 ст. 135 УК РФ).
Следует различать возраст сексуального согласия и возраст половой зрелости. До 2014 года наступление или ненаступление возраста половой зрелости было одним из квалифицирующих признаков преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, однако в 2014 году этот признак был исключен из УК РФ.

2.С какого возраста можно привлечь к ответственности?

При достижении 16 лет лицо считается способным дать добровольное согласие на вступление в сексуальные отношения, и ответственность для другого лица, достигшего 18 лет, по ст. 134, 135 УК РФ (статьи за половое сношение и развратные действия с лицом до 16 лет) не наступает. При недостижении этого возраста потерпевшим лицом ответственность наступает для гражданина, достигшего 18 лет, в зависимости от возраста потерпепевшего: от 14 до 16 лет – ответственность наступает по ч. 1, 2 ст. 134 УК РФ, ч. 1 ст. 135 УК РФ, от 12 до 14 лет – ч.3 134 УК РФ, ч. 2 ст. 135 УК РФ . Если же потерпевшему лицу до 12 лет, то согласно примечанию к ст. 131 УК РФ (изнасилование), ответственность может наступить с 14 лет.
Деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных ч. 2-4 статьи 135 УК РФ (развратные действия), могут быть квалифицированы по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (насильственные действия сексуального характера) лишь при доказанности умысла на совершение развратных действий в отношении лица, не достигшего 12 лет (п. 20,21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.12.2014 N 16). Квалификация преступлений по указанным признакам возможна лишь в случаях, когда виновный знал или допускал, что потерпевшим является лицо моложе 18 лет или иного возраста, специально указанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ (п. 22 Постановления).

3.Можно ли избежать ответственности, если вступить в брак с потерпевшим лицом?

Согласно примечанию к ст. 134 УК РФ только лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное ч.1 ст. 134 УК РФ (т.е. за половое сношение с лицом достигшим 14 лет, но не достигшим 16 лет), освобождается судом от наказания, если будет установлено, что это лицо и совершенное им преступление перестали быть общественно опасными в связи со вступлением в брак с потерпевшей (потерпевшим). В судебной практике есть случаи освобождения от наказания по данному основанию. При рассмотрении данных дел обстоятельство заключения брака с подсудимым рассматривается как существенно снижающее опасность субъекта преступления и совершенного им преступления. Суд признает, что оно перестает быть общественно опасным в связи с вступлением в брак (см. Приговор Константиновского районного суда Амурской области от 16 июля 2010 г. по делу № 1-96/2010). По тому же основанию был освобожден от ответственности подсудимый, которому предъявлено обвинение в истязаниях потерпевшей и по ч.1 ст. 134 УК РФ. Он признал свою вину, отцовство в отношении малолетней дочери, вступил с потерпевшей в брак (см. Определение судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 16 июля 2010 года N 22-7175/2010).

2.С какого возраста можно привлечь к ответственности?

Добавить комментарий